Category: финансы

vill

(no subject)

Вот смеялись буржуи, смеялись над плановой экономикой.
А я тут по почте получил призыв отключить электричество на один час какого-то там числа в целях борьбы с глобальным потеплением.
То есть это был даже не призыв, а скорее мольба: "ну, пожалуйста, ну давайте притворимся, что там и правда потепление, а?" Бюджеты-то все давно свёрстаны и вот так вот на ходу разворачивать оглобли на борьбу с глобальным похолоданием ох как непросто.
Это уж через год-другой начнётся всемирное соревнование: кто больше выпустил в атмосферу парниковых газов и внёс наибольший вклад в благое дело увеличения озоновых дыр.
Жаль, впрочем, что и в этом соревновании печальная и безнадежная наша держава вновь окажется на том же самом позорном 286-м месте.
vill

О животворящем слове

Вот все сейчас ругают милицию. Спохватились бля.
А я наоборот стал относиться к ней не то чтобы с любовью, но, во всяком случае её наверное уже понимаю. Они бы и рады в ангелы, да копыта куда спрячешь? Collapse )
vill

Если бы я был президентом-2

Не так давно eu_shestakovЖеня Шестаков упрекал нашего уважаемого президента в том, что тот не пишет в своём блоге что-нибудь человеческое, типа "съел несвежую грушу".

Я вынужден заступиться за президента и сказать, что упрёк этот совершенно несправедлив. Президент такой огромной и всеми уважаемой страны просто не может написать про грушу, даже если сильно бы захотел это сделать.

Это я, простой деревенский житель, могу написать "сходил посрал" или "сходил поссал", а был бы президентом - так сразу нельзя.
Потому что если я напишу "сходил посрал", то тут же тысяча учёных политологов и аналитиков начнёт бурно спорить о том, на кого же я насрал: на Саакашвили или же на Ющенко? А то может быть даже и на целый народ какой-нибудь другой огромной и могучей страны вроде Эстонии или Латвии? А то может и на самого... Но нет, нет, об этом даже можно и не думать.

Или напишу "сходил поссал" да и забуду - дел-то дохуя. А в первой же утренней передаче народный целитель Малахов станет утверждать, что поссал я конечно же в баночку и немедленно выпил.
Но целитель - он человек дремучий, а вот ближе к вечеру те же самые эксперты и аналитики объяснят (ну, работа у них такая), что имелось в виду не "поссал", а "зассал". А от чего может зассать президент такой огромной страны? Только по двум причинам: или кончился резервный фонд и тода фондовому рынку пиздец, или кончилась нефть - тогда вообще всему пиздец.

Умные телезрители тут же в полночь ринутся сбрасывать рубли, а поскольку в таких делах у нас умные все, то опять будет давка и драка как при дефолте. Брокеры-дилеры тоже ринутся сбрасывать акции и прочую поебень и тоже все передерутся.

И вот пожалуйста: утром доллар уже стоит миллион рублей, да и то, если найдёшь из-под полы у цыганки, а весь газпром продаётся за сорок пять долларов, но никто не покупает.

Проснусь я утром в своей резиденции, подумаю: "А что это никто меня не разбудил и пива в постель не принёс?" Выгляну в коридор: никого. Телефон ни один не работает, электричества нету, воды в кране тоже. Охрана разбежалась, шофёр сбежал вместе с пуленепробиваемой машиной и кортежем, костюмы все из шкафа спиздили, одни треники остались рваные и три носка. И холодильник пустой. Где моя чёрная икра, суки! Пять кило было!
Вот тебе, бабушка, и поссал.
vill

(no subject)

Да, и вполне резонный довод о том, что менеджер среднего звена является существом подневольным и просто (нравится-не нравится) выполняет поручения менеджера старшего звена.
Почему выполняет, даже если не нравится - это понятно самому последнему кретину: жена, квартира, ипотека, кредит за машину. Жена, квартира и машина ему нравятся ровно в той же степени, в которой не нравятся распоряжения менеджеров старшего звена. То есть в сумме мы имеем ноль.
Потом, понятное дело, хочется квартиру поширше, машину почернее и жену поблондинистее (ну, это, впрочем, у кого как), и количество неприятных занятий увеличивается строго пропорционально.

Именно таким образом и поддерживается гармония этого мира.

Ну а про менеджеров совсем уже старшего звена лучше вообще не думать - за них можно разве что поставить свечку, если вы слишком уж добрый человек, и три раза перекреститься на всякий случай.
vill

(no subject)

А между прочим, я в компании (даже скорее в плеяде) с Абрамовичем, МБХ и проч., получил от развала СССР ощутимую материальную выгоду.
Когда я в восемьдесят девятом году закончил педагогический институт, я честно поехал по распределению работать учителем в ту школу, в которой работала моя матушка. То есть в захолустный город Целиноград. За каковой подвиг, учитывая то, что я был впридачу обременён женой и однолетней дочкой, меня по просьбе районо включили в жилищно-строительный кооператив. Квартира в этом кооперативе стоила безумных совершенно денег, не помню уж - не то десять, не то двенадцать тысяч рублей. Что, учитывая мою зарплату в сто двадцать рублей, было не очень сильно лучше нынешней ипотеки.
Вступительный взнос, который собирали все мои родственники, кто сколько может, я, помнится, принёс в сберегательную кассу в полиэтиленовом пакете: там была пачка по одному рублю, пачка трёшек, солидная пачка пятёрок, остальное россыпью.

Потом дом стали строить. Я безотказно посещал заседания кооператива в точности похожие на кинофильм гараж. Дом тем временем потихоньку вылезал из котлована.

И тут грянул гайдарочубайс. На очередном заседании была озвучена остаточная стоимость квартиры: шестьсот пятьдесят тысяч. Я даже не вздрогнул, и правильно: через год Казахстан завёл себе личную валюту, про которую тогдашнему министру финансов Грише Марченко мечталось что она равна одному доллару (я его потом про это спрашивал - он только руками развёл), то есть пятьсот рублей меняли на один тенге. Таким образом мой долг составил тысячу триста тенге.
Через два месяца оказалось, что на самом деле тенге равен двум центам. Каковую сумму (что-то около двадцати пяти долларов) я с удовольствием и заплатил в ту же самую сберкассу.

И дом при этом построили, вот что самое удивительное.
vill

(no subject)

Лицо его было испуганно.
- Братцы, а где же солнышко? - спросил он, с недоумением озираясь вокруг.
- Ты, Незнайка, какой-то осел! - ответил с насмешкой Знайка. - Ну какое тут солнышко, когда мы на Луне или, вернее сказать, в Луне.


Ну в Луне, так в Луне, хуй с ним, с солнышком. Неприятно только, что всякий раз когда я приезжаю в город, во мне немедленно разыгрывается какая-нибудь болезнь. Вроде бы и центральное отопление, и вода горячая из крана, и другие разные чудеса, а вот поди ж ты.
Пора, стало быть, пить водку с перцем.

Меж тем в городе бушует совершенно не замеченный в деревне финансовый кризис. В чём он выражается, я пока не очень понял, но все говорят, что бушует. Сам я лично пока ещё не видел ни одного человека, непосредственно перемолотого неиллюзорными мельницами Великой Депрессии, но у каждого есть уже история про школьного друга или там мужа сослуживицы.

А вот интересно было бы зайти в какое-нибудь угрюмое собрание ипотечных банкруптов и, закинув ногу на ногу, начать их вразумлять: "Кризис! Это - мираж, дым, фикция. Что такое этот ваш кризис? Да его вовсе и не существует. Это вот что: если я, входя в уборную, начну, извините за выражение, мочиться мимо унитаза..." (ну и далее по тексту) - то отпиздят или не отпиздят?
vill

Потому что жизнь - борьба

Только что справился с компьютером (то есть практически купил новый, воспользовавшись безупречной кредитной историей одной знакомой девушки), как тут же без всяких видимых причин сдох мобильник. Вот так просто - лежал на столе и сдох, никто его даже пивом не поливал.
Да и хуй с ним - толку от него всё равно было чуть. Но если вдруг кто-то собирался мне на него звонить по неотложному делу, то этого делать не пока нужно. Может быть через пару дней починю, а может и нет.
vill

(no subject)

Открыл счёт в банке. Заплатил за коммунальные услуги. Немедленно почувствовал себя членом Социума.
Пересчитал оставшиеся деньги: сто рублей и мелочь. Не, всё в порядке.
vill

(no subject)

Держитесь дорогие москвичи, держитесь!
В нечеловеческих условиях, без кондиционера, в душном офисе, в лифте - держитесь. Ползёт уже, ползёт электромонтёр с фонариком, чтобы зажать зубами обрывки кабеля и ценою жизни своей включить вновь джипиэрэс, вап и эмэмэс! Заструятся вновь поезда по серой ветке, засияют светофоры и хлынет отовсюду прохладная вода. Через обугленный его трупик вновь побегут важные сообщения, будет наконец раздобыта розовая упаковочная бумага, завершена важнейшая пиар-компания и пройдут торги на фондовой бирже. Всё будет прекрасно!
vill

Отрывок из моей жизни

В первой половине девяностых годов Соединённые Штаты Америки начали оказывать большую помощь тому, что осталось от бывшего Советского Союза. Ну, например, были выделены какие-то неисчислимые сотни миллионов долларов просто так, даром, только на организацию фондовых рынков в бывших республиках, в которых как правило никаких вообще рынков, кроме центрального базара отродясь не было.
Однако, раз уж сотни миллионов выделены, то почему бы и не организовать фондовый рынок? И организовали. Например в Казахстане на фондовом рынке продавались акции дрожжевого завода в Каскелене, ниточной фабрики в Чемолгане и один процент акций государственной компании Мунайгаз.
Европейский Союз, увидев такое дело и хорошо зная, что американцы просто так денег платить ни за что не станут, тоже решил поучаствовать, но по бедности, а скорее по жадности развивал в основном электричество и водоснабжение.
Да их вообще смешно сравнивать - сша и еэс. Юсаид (United States Agency on International Development) на выделенные средства немедленно откупил себе малосемейное общежитие возле американского посольства на улице Фурманова, выселил жителей и произвёл там такой ремонт, что я туда как-то заглянувши, охуел - вот чего оказывается можно сделать из простой малосемейки (кто жил, тот знает). А европейский Тасис (Technical Assistance to the Commonwealth of Independent States) снимал в основном комнаты в разных НИИ, типа геологии и картографии. В одном из офисов Тасис я даже некогда, ещё студентом, когда подрабатывал ночным сторожем, даже хранил в стенном шкафу запрещённый матрац.

Ну и понятно, что совсем без местных жителей обойтись они не могли. Переводчики, шоферы, уборщицы - не повезёшь же их из америки и англии. То есть довезти-то можно, но за такие деньги (долларов сто-двести) они работать не станут. Так что надо делиться выделенными деньгами и с коренным населением, хочешь не хочешь.
Я тогда только что приехал обратно в Алма-Ату и снимал в долг квартиру с двухногим столом и койкой-с-шариками на углу улиц Комсомольской и Дзержинского (к тому времени Толе-би и Наурызбай-батыра) и срочно искал работу, потому что денег, заработанных на строительстве унитазной фабрики в Джамбульской области, не осталось даже на жигулёвское пиво, не говоря уже про пищу. Ну и как-то в пятницу, а может быть в среду, мне было назначено сразу два собеседования в качестве переводчика - одно у американцев в компании кей-пи-эм-жи, а другое у европейцев (предыдущее у австралийцев я совершенно просрал, потому что не понял вообще ни одного слова, чего они говорят).
Американцам меня предложила бывшая моя, не знаю как это называется, не сожительница, а такая женщина, к которой ездишь за тысячу километров, чтобы три дня поебаться. К тому времени она впрочем была уже в процессе вступления в брак с израильским евреем по имени Зохмар и действовала чисто благотворительно или не знаю, хуй их женщин разберёт. А к европейцам меня направила бывшая подруга бывшей моей жены. В общем, никуда в этом мире без баб, да.
После беседы со мной американцы предложили мне двести пятьдесят (в девяносто четвёртом это было не много, но нормально). После этого я пошёл к европейцам, которые предложили уже триста. Я пошёл обратно к американцам и сказал, что вот такая история, и они мне тут же предложили триста пятьдесят, азарт видимо такой. Если бы на моём месте был умный человек, он бы пошёл к опять к европейцам, а потом к американцам и так далее. Но я никогда не был слишком умным и поэтому согласился на оба предложения, только они об этом так никогда и не узнали.